Моя любовь, прислушайся, весна!
Поля сменили грубые одежды,
Сердца деревьев, полные надежды,
Открыты настежь, цветом ночь полна!

Ах! Если любишь, эта жизнь ясна.
Противятся ей — гордецы, невежды.
Скользи по ней, как пo морю… Но где ж ты?
Я жду тебя, мне ночь — душна, тесна.

И я снимаю свой наряд печальный,
И пахну, словно розмарин венчальный,
Ах! Голова кружится, не до сна…

Украсила я волосы цветами,
О, распусти их, заплети мечтами!
Прислушайся, любовь моя, весна!

Перевод И. Фещенко-Скворцовой

Хочу любить, любить самозабвенно!
Саму любовь: туман и колдовство….
Того, другого, всех, о, дерзновенно —
Любить! Любить! А в сердце — никого!

Пленить? Забыть? Равно благословенно!..
Добро ли? Зло? Ну, что мне до того?
Кто скажет, что возможно одного
Всю жизнь любить, — обманет откровенно.

Одну весну встречает всякий сущий,
Чтоб петь её, желанной и цветущей, —
Бог дал нам голос, чтобы петь, любя!

Раз пеплом стать и мне на свете этом,
Пусть ночь моя зардеется рассветом,
Терять себя… чтоб отыскать себя…

Перевод И. Фещенко-Скворцовой

Ты видишь, я несу тебе, любимый,
Забвение страдания и зла,
Смягчаю раны боль неисцелимой,
Как собственную боль я уняла.

Цветком зовусь, а взор неутолимый
Зеленоватых глаз моих дала
Художнику, чьи краски – свет и мгла –
Раскрасить ветер, пó миру гонимый.

Дарю тебе владения мои:
Жар солнца, звёздный шлейф, летящий мимо,
Трепещущие на волне буи…

Со мной дарю мир света и тепла.
Я – сказка, я – тоска твоя, любимый,
Принцесса из мечты: «Жила, была…»

Перевод И. Фещенко-Скворцовой

Людским непониманием распята,
Брожу, потерянная, без пути.
Сестра, Мечта, скажи, куда идти?
За что мне эта страшная расплата?

На боль судьба куда как таровата,
Последней боли, видно, не снести…
Душа скорбящая, ты не в чести —
Немилость рока смертию чревата.

Я – тающий туман, я – тень сквозная,
Мой облик тёмен среди бела дня,
Я плачу, отчего — сама не зная…

А может, я — лишь сон, кому-то милый?
И кто-то в мир пришёл искать меня,
Но так и не увидит до могилы…

Перевод И. Фещенко-Скворцовой

Один, болезнь, чужбина, ностальгия…
Ты в тридцать два ушёл в страну теней.
Осталась книга, словно литургия….
Нет книги в Португалии грустней.

Боялся ты, что боль ушедших дней
Поранит души скорбные, нагие…
О, библия тоски, как сладко в ней
Читать молитвы, сердцу дорогие!

Моя печаль сродни твоей печали…
Ты видел сны, что к смерти приучали,
И этим снам во мне теперь расти.

Моя любовь к тебе под стать хворобе…
Как сыну — мать, даю тебе во гробе
Свой поцелуй — последнее прости.

Перевод И. Фещенко-Скворцовой

Закат на родине… Мираж не тает,
Лилейна свежесть, облаков штрихи,
Закат пречистый, отпусти грехи!
Твой вечер Анту*, твой, земля златая…

Закаты нежно в памяти листаю:
Часы благословенные тихи,
И дым, и пепел, и стихи, стихи….
Часы тоски, в которых я – святая.

Сгустились фиолетовые тени,
К фиалкам глаз прильнули в томной лени,
И крылья век смежились на лету.

А рот хранит немые поцелуи,
И бархат рук, лелея и милýя,
По воздуху рисует сон – мечту.

Перевод И. Фещенко-Скворцовой

Посвящается Américo Durão.

Судьба моя – отверженность надлома,
Ночь мёртвая, неистовая ночь,
Я — ветра стон у стен твоих, у дома,
Я – ветра плач, и мне уже невмочь.

Кто я теперь, отчаяния дочь,
Поглощена влюблённостью, влекома
Пить голос твой… Ну, как уйти мне прочь?

Твой голос пить – вкушать вино причастья.
Или в стихах, деля с тобою счастье,
Тонуть душой, восторга не тая…

Ты слышишь звук неясный там, на тропке?
Мои шаги… Они впервые робки.
Нет! Тише, друг! Открой же! Это я…

Перевод И. Фещенко-Скворцовой